Выпускник филфака: «время «больших» романов прошло»

Герой рубрики «Выпускник филфака» Николай Джумакулиев после учебы в Институте Пушкина связал свою карьеру с книжным делом.

Николай успел поработать в издательском доме Мещерякова, заведовал детской библиотекой, был арт-директором и, наконец, не так давно стал генеральным директором нового детского издательства «Волчок».

джумакулиев1.jpg

Фото: из личного архива

— Николай, как вы решили поступить в Институт Пушкина?

— После школы я поступил на экономический факультет Российской сельскохозяйственной академии имени Тимирязева. Но это было скорее стечение обстоятельств. Когда я перешел в 11 класс, умерла мама, а через несколько месяцев я впервые влюбился, и всю свою нерастраченную любовь выплеснул на эту бедную девушку.

Был очень сложный год, меня мало интересовало собственное будущее. Отец почему-то очень хотел, чтобы я поступил в эту академию, вот я и поступил. Почти сразу понял, что это совершенно не мое дело, но как человек мягкий довольно долго поддавался уговорам и увещеваниям не бросать. Окончательно решил, что заберу документы лишь через год, после майских праздников, накануне следующих вступительных. Мне уже исполнилось 18 лет, и это было рискованным предприятием — успеть подготовиться ко вступительным на филологический факультет за месяц с небольшим и не попасть в армию во время призыва.

Я решил поступать на филологический факультет МГУ или МГПУ. Об Институте русского языка имени Пушкина узнал от своей школьной учительницы Ольги Игоревны Тарасовой, она дружила с Натальей Владимировной Кулибиной.

Когда я впервые приехал в институт, был очарован его атмосферой. Чудесный луг, мозаика, белые стены из песчаника, лестницы и пролеты, дальние уединенные коридоры — ни на что не похожее, поразительное место. Повсюду красивые разноязыкие люди. Конечно, мне больше никуда не хотелось!

Экзамены я сдал с чудовищным скрипом. Никакой фундаментальной подготовки у меня не было, помогала общая начитанность. Я очень переживал, что моя история может как-то способствовать поступлению — и после одного из экзаменов, когда мне поставили «отл» вместо более справедливого «хор», порывался забрать документы. К счастью, меня отговорили, и первого сентября я получил свой синий студенческий билет.

— Поделитесь интересными историями из студенческой жизни.

Случаев разных было множество, мы часто чудили. На первом курсе я писал Ректорский диктант (была традиция, что студенты всех курсов в один и тот же день пишут один и тот же текст под диктовку преподавателя) в костюме и гриме Пьеро. В тот день в институт я приехал в своей одежде, но грим наносил дома, и охрана долго меня не пускала, вглядывалась в фотографию на студенческом.

­ — Какие у вас были любимые преподаватели в институте?

— Спасибо Борису Ивановичу Фоминых, первому декану филологического факультета, он собрал в институте группу очень сильных специалистов и чудесных людей (что не менее важно). Сам Борис Иванович великолепно преподавал синтаксис, сочетая глубокое знание предмета и неповторимый саркастический стиль (этот деепричастный оборот наверняка вызвал бы у него едкую насмешку). Бориса Ивановича одновременно любили и побаивались. С тех пор мне редко встречались люди, которые были бы так самоотверженно преданны своему делу.

Тогда в институте преподавали яркие люди, думаю, многих уже вспомнили другие выпускники. Сергей Николаевич Травников блестяще читал лекции по теории литературы и истории древнерусской литературы, его умение о сложном рассказать просто, найти подходящую иллюстрацию, пример ценили практически все студенты.

Василий Васильевич Калугин читал лекции и вел семинары по старославянскому языку и исторической грамматике, он был самым непредсказуемым преподавателем, бунтарем и фанатиком истории языка, его обожали неординарные студенты.

Коротенький курс орфографии и пунктуации Татьяны Вячеславовны Нестеровой был точным, резким, лаконичным и очень полезным. Галина Николаевна Курохтина на фонетике научила нас слышать речь, ее благородное эльфийское происхождение выдавали только лучистые глаза. Сергей Вениаминович Сапожков — знаток истории русской литературы XIX века и прирожденный лектор — запретил мне приходить на свои лекции, но те, что я успел услышать, были неповторимыми.

На лекциях по истории русской литературы XX века Татьяны Константиновны Савченко возникал полный эффект присутствия, мы чувствовали себя очевидцами литературного процесса 20-30-х годов — настолько эти лекции были насыщены деталями и живыми точными свидетельствами. Особенные чувства я испытывал к Лидии Альфонсовне Ольшевской, благодаря ее семинарским занятиям я прочитал и полюбил древнерусскую литературу. Несомненно, Лидия Альфонсовна еще и талантливейший педагог, после ее семинаров я становился лучшим.

134551_1522026650012_6385503_o.jpg

Фото: из личного архива

И отдельно хочу поблагодарить второго декана филологического факультета Любовь Викторовну Фарисенкову. Любовь Викторовна, внешне сухая и сдержанная, заботилась о нас, как о своих близких, на глупости смотрела сквозь пальцы, искренне восхищалась, когда у нас что-нибудь получалось, и всегда была нам рада.

­— Довольны ли вы своим выбором, сделали ли бы вы его сейчас снова?

­— Да, я доволен своим выбором. Советую будущим студентам идти учиться туда, где им будет интересно. Перспектив у людей, которые занимаются любимым делом, всегда больше.

­­— Стоит ли выбирать современному молодому человеку профессию филолога?

— Разумеется, стоит — если его интересуют язык и литература. Филологическое образование может стать хорошей основой для карьеры в разных профессиональных областях. Нюансы же выбранной профессии молодой человек все равно будет осваивать, когда устроится на работу.

— Вы работали на разных позициях. Как получилось, что вы стали руководителем нового издательства?

— Я 12 лет занимаюсь детской книгой, работал в симпатичных издательствах ИД Мещерякова, Арт Волхонка, Белая Ворона, Эгмонт. Хорошо представляю, как устроен современный издательский процесс, у меня сложилось собственное видение книги для детей и подростков, поэтому, когда мне предложили организовать новое детское издательство — я с радостью согласился. Издательство решили назвать «Волчок». Наши первые книги уже продаются, и мы постараемся подготовить до конца года еще двадцать-тридцать.   

джумалиев6.jpg

Фото: из личного архива

— Насколько востребована сейчас детская литература среди детей, увлеченных играми и гаджетами?

—Часто приходится отвечать на этот вопрос. Конечно, у современных детей и подростков огромное количество развлечений, и книга среди них, пожалуй, не самое соблазнительное. Но в условиях этой жесткой конкуренции за аудиторию подходы к изданию книг, маркетинговые практики становятся совершеннее. У меня есть ощущение, что несколько лет назад мы достигли наивысшей точки интереса к новым технологиям, а сейчас люди постепенно переключаются на природу, искусства и даже ремесла — на все те вещи, что наполняли нашу жизнь смыслом тысячелетия. Театральные аншлаги, очереди на художественные выставки, забота об экологии и зоозащита, увлечение любительским искусством и ремеслом — вот лишь некоторые примеры. В поисках смысла люди, разумеется, обращаются и к книгам. Детская же печатная книга будет востребована еще много лет, заменить ее нечем.

— Какие тенденции вы видите в развитии современной литературы?

— Я не книжный критик, мне сложно говорить о литературных тенденциях… У меня есть ощущение, что сейчас торжествует разнообразие. У современных писателей есть колоссальное количество инструментов, чтобы доставить свой текст читателю: традиционные книжные издательства, small-press, сервисы print-on-demand, разнообразные ресурсы по распространению электронных книг и, естественно, Интернет.

Поэтому им, современным писателям, не нужно разрабатывать «эпические» темы, волнующие значительные массы людей, они могут писать обо всем и находить своего читателя. Отчасти поэтому, а отчасти потому, что история перестала совершать головокружительные повороты, время «больших» романов прошло.

Похоже, что прошло время и откровенно бульварного чтива, которое захлестнуло нашу страну в девяностые, и сохраняло значительную аудиторию в нулевые. Видимо, часть приверженцев чтения такого рода переключилась на другие развлечения, а другая часть (меньшая) стала взыскательнее. Сейчас востребованы неплохо написанные жанровые книги.

— Каких классических и современных авторов вы бы порекомендовали к прочтению?

— Первые, кто приходит в голову: Протопоп Аввакум, Пушкин, Баратынский, Толстой, Диккенс, Чехов, Твен, Шервуд Андерсон, Сэлинджер, Сароян, Казаков, Трифонов, Голявкин, Вольф, Коваль.

Современных «взрослых» авторов я читаю мало, в моем кругу чтения за редким исключением детские и подростковые книги. Нравится мастерская сдержанная проза Александра Терехова, сложно устроенные, «темные» романы Владимира Шарова, очень понравился роман «Ворошиловград» украинского писателя Сергея Жадана.

Последнее мое читательское открытие — небольшой сборник рассказов Натальи Мещаниновой, вышедший в издательстве «Сеанс». Великолепная и страшная проза о взрослении в небольшом провинциальном городе.

— Ваши любимые книги и литературные герои?

— Мои любимые литературные герои — в той или иной степени выломанные, отверженные обществом люди, у них особенная оптика, они иначе смотрят на привычный ход вещей.

Перечислю несколько книг:

«Житие протопопа Аввакума, им самим написанное», «Приключения Весли Джексона» Уильяма Сарояна, «Арфа и бокс» Виктора Голявкина, «Школа для дураков» Саши Соколова, «Загадочное ночное убийство собаки» Марка Хэддона.


На официальном сайте ФГБОУ ВО "Гос. ИРЯ им. А.С. Пушкина" используются технологии cookies и их аналоги для качественной работы сайта и хранения пользовательских настроек на устройстве пользователя. Также мы собираем данные с помощью сервисов Google Analytics, Яндекс.Метрика, счётчиков Mail.ru и Спутник для статистики посещений сайта. Нажимая ОК и продолжая пользоваться сайтом, Вы подтверждаете, что Вы проинформированы и согласны с этим и с нашей Политикой в отношении обработки персональных данных, даёте своё согласие на обработку Ваших персональных данных. При несогласии просим Вас покинуть сайт и не пользоваться им. Вы можете отключить cookies в настройках Вашего веб-браузера.
The Pushkin Institute's official website uses cookies to ensure high-quality work and storage of users' settings on their devices. We also collect some data for site statistics using Google Analytics, Yandex.Metrika, Mail.ru and Sputnik counters. By clicking OK and continuing using our website, you acknowledge you are informed of and agree with that and our Privacy Policy. If you are not agree we kindly ask you to leave our website and not to use it. You may switch off cookies in your browser tools.